Ежедневный Журнал: Бой не может быть вечным, или HAMAS must die:
АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Сначала — абсолютно дилетантская историческая преамбула. Поскольку я не являюсь сторонником концепции мультикультурализма, то я полагаю, что история человечества в аспекте развития культуры есть в том числе история защиты культуры от варварства. А так как современная цивилизация есть результат развития в первую очередь европейской или, как ее иногда называют, иудео-христианской цивилизации, то, следовательно, именно те ситуации, которые угрожали ее существованию, и были главными угрозами человечеству. Таких ситуаций было как минимум три.
Перваяимела местов VIII веке, когда в битве при Пуатье было остановлено арабо-исламское вторжение в Европу. Вторая в XIII веке, когда Европе угрожало ордынское завоевание. Третья была в ХХ веке, когда европейская цивилизация оказалась под угрозой тоталитарного социализма в его нацистской и большевистской разновидностях. В сущности, именно эти три разновидности варварства — исламизм, азиатское ордынство и тоталитаризм — могли в прошлом и продолжают в настоящем угрожать прогрессу и самому существованию цивилизации. Более того, все три можно с известной, но допустимой долей условности интегрировать и обозначить просто как варварство, которому в любой его разновидности свойственны фанатизм, вождизм, агрессивная ксенофобия, антиинтеллектуализм, ненависть к свободе вообще и к свободе личности в особенности.
Многие авторы отмечали, что в истории России, в силу ее географического положения между Европой и Азией, были различные варианты развития и, соответственно, различные периоды. Ясно, что Киевская Русь была европейским государством и даже роль в ней варягов была именно что европейской тенденцией. Варяги тогда правили в Европе от Англии до Сицилии.
Но, став частью Орды, перестав быть Киевской и превратившись в Московскую, Русь перестала быть и Европой. Собственно, не киевскую, а ордынскую преемственность Московии-Русского царства-Российской Империи фиксировали очень многие и очень разные исследователи от Маркса до Гумилева. И европейская альтернатива развития страны московитскими владыками, правившими от имени Орды и по ордынским правилам, уничтожалась безжалостно. Сначала в Новгороде, потом и в Киеве, в значительной степени в Варшаве, кое-что даже в Хельсинки успели.
Собственно расширение российских владений в Европе всегда приносило на присоединенные территории ордынские законы и уменьшение свободы. На бывшие земли бывшей Речи Посполитой для крестьян пришло крепостное право, для евреев — черта оседлости, для украинцев и белорусов — русификация. Фактически можно утверждать, что Россия в ХVIII-ХIX веках продолжила движение на запад, начатое Батыем полутысячелетием раньше, причем уже тогда в состав орды входили значительные русские контингенты. И так же, как сама Русь, захваченная кочевниками, была побеждена племенами, стоявшими на более низкой ступени политического, экономического и культурного развития, так и Россия превращала в свои колонии земли, населенные более цивилизованными народами, и в отличие от европейских колониальных держав не мучилась противоречием бремени белого человека и культуртрегерства, а силой опускала их до своего уровня. То же самое было и в веке ХХ, когда вновь присоединив страны Балтии и восточную Польшу, сталинская орда ввела колхозы (фактически вновь крепостное право), репрессии, райкомы и все прочие прелести ГУЛАГа. Что же мы видим в 2014-м, уже в ХХI веке
Пока в Украине существовала надежда на победу Януковича или, тем более, когда Янукович стал президентом, установив мало отличимый от путинского режим, все было спокойно. Но в тот момент, когда стало ясно, что Украина, подобно советским артистам балета, выбрала свободу, Орда ИванаIVбросилась на землю Новгородскую, обозвав ее Новороссией. Какая Ганза? Какой ЕС? Стоять! Бояться! Того, кто получил ярлык на правление в Орде, местные холопы трогать не смеют! И если Тохтамыш после изгнания из восставшей Москвы в 1382 году своего вассала Дмитрия Донского эту Москву сжег, то что, Путин хуже какого-то Тохтамыша и не сможет наказать Украину? Заодно вернув ее в ордынское состояние?
При этом заметную роль в очередном походе на запад играет очередная Дикая дивизия — вчерашние воины ислама, сражавшиеся за исламское государство Имарат Кавказ. Понятно, что стимулов у них много, но, видимо, можно утверждать, что путинское государство уже не вызывает у них идиосинкразии, воспринимается ими если не как вполне шариатское, то с точки зрения шариата не просто как приемлемое, но как достойное того, чтобы за него убивать и умирать.
Одновременно трудно отличимые по многим признакам от кадыровцев боевики ХАМАСа воюют с Израилем, пытаясь на другом участке фронтира добиться победы варварства над цивилизацией. И те, и другие воины аллаха вооружены российскими ракетами и автоматами. Я совсем не люблю конспирологию и не думаю, что Путин договорился с каким-то единым исламским центром против Запада и Израиля. Просто в борьбе против них его режиму исламские террористы имманентно близки, являются его естественными союзниками. Даже фразеология, обращенная и к Украине, и к Израилю, у Путина и его вольных и невольных пособников одна и та же — призывы к сдержанности, к прекращению огня, к созданию контактных групп. Как будто украинцы и израильтяне начали открывать огонь исключительно в силу несдержанности, природной вспыльчивости, горячности, свойственной их национальным темпераментам.
В действительности же способность Украины и Израиля противостоять агрессии — это вопрос если не выживания цивилизации, то, как минимум, сохранения ее в существующих границах. В 2008-м российские части, вторгшиеся Грузию, тоже, кстати говоря, состоявшие в значительной части из кадыровцев, наступали не просто на Гори, они атаковали европейский выбор грузинского народа. Сейчас они и их хамасовские союзники хотят вернуть границу Орды к Карпатам, а Ирусалим вновь сделать провинциальным городом халифата.
Я начал писать эту колонку до кончины В.И.Новодворской, и сегодня ее слова звучат почти как завещание: «Израиль — это зерно западных ценностей… израильтяне…на стороне тех, кто хочет свободно жить и развиваться в рамках западной цивилизации». Именно этот выбор ненавистен боевикам хоть из сектора Газа, хоть из страны газа, правитель которой возомнил ее великой энергетической державой.
Кто-то считает, что это — бои на окраинах цивилизации, на дальних границах иудео-христианского мира. Но нельзя не помнить, что останавливаются орды только тогда, когда не могут продолжать наступление, а отступают еще тяжелее, и Гранада была освобождена только через почти 800 лет после битвы при Пуатье, а Иерусалим — через 1200. И если варваров не остановить сейчас, их придется останавливать потом, но большей кровью, а возвращать утраченное — еще большей. Речь идет не о мелких окраинных конфликтах, а о наступлении варварства на цивилизацию. Майниля и Гливице тоже были маленькими и находились очень далеко от Лондона и Парижа. И даже в 1940-м многие не хотели умирать за Данциг. Но были и те, кто понимал все правильно. Самый знаменитый из них еще в 1938-м предупреждал, что тот, кто выбирает позор, получит и позор, и войну. Тогдашние правители его не слушали. Когда Черчилль сам пришел к власти, он сказал то, что сегодня могли бы повторить лидеры Украины и Израиля, обращаясь к своим народам: «Мы будем сражаться на земле, на море и в воздухе. Мы никогда не сдадимся».
Главам же гораздо более благополучных и гораздо более сильных стран следует помнить, что в результате последовательного предательства Австрии, Чехословакии, Польши и сдачи Франции тот же Черчилль вынужден был констатировать, что «сегодня мы одни сражаемся за будущее всего мира», и грустно закончил: «И мы должны быть достойны этой чести». Британцы оказались вынуждены стать достойными этой чести, потому что до этого аплодировали Чемберлену. И лишь потом услышали Черчилля. Даже де Голль дисциплинированно подчинялся Даладье и Петэну, пока не отказался признать капитуляцию перед Гитлером и не улетел в Англию. В 1968-м в Чехословакии все знали, что одни идут в Гусаки, а другие — в Гавелы. И сегодня каждый европеец хоть в какой-то степени делает для себя выбор, участвовать или не участвовать в противостоянии варварству. По последним социологическим данным, в России готовых участвовать — не более 15%. Это мало, но не безнадежно. При правильной и системной активности этого может хватить, чтобы сохранить культуру и самим перестать быть ордой, иначе на этот раз вместе с ордой падет не Казань, а Москва. Потому что ведь только культура вечна, Орда вечной не бывает…
АЛЕКСАНДР ОСОВЦОВ
Сначала — абсолютно дилетантская историческая преамбула. Поскольку я не являюсь сторонником концепции мультикультурализма, то я полагаю, что история человечества в аспекте развития культуры есть в том числе история защиты культуры от варварства. А так как современная цивилизация есть результат развития в первую очередь европейской или, как ее иногда называют, иудео-христианской цивилизации, то, следовательно, именно те ситуации, которые угрожали ее существованию, и были главными угрозами человечеству. Таких ситуаций было как минимум три.
Перваяимела местов VIII веке, когда в битве при Пуатье было остановлено арабо-исламское вторжение в Европу. Вторая в XIII веке, когда Европе угрожало ордынское завоевание. Третья была в ХХ веке, когда европейская цивилизация оказалась под угрозой тоталитарного социализма в его нацистской и большевистской разновидностях. В сущности, именно эти три разновидности варварства — исламизм, азиатское ордынство и тоталитаризм — могли в прошлом и продолжают в настоящем угрожать прогрессу и самому существованию цивилизации. Более того, все три можно с известной, но допустимой долей условности интегрировать и обозначить просто как варварство, которому в любой его разновидности свойственны фанатизм, вождизм, агрессивная ксенофобия, антиинтеллектуализм, ненависть к свободе вообще и к свободе личности в особенности.
Многие авторы отмечали, что в истории России, в силу ее географического положения между Европой и Азией, были различные варианты развития и, соответственно, различные периоды. Ясно, что Киевская Русь была европейским государством и даже роль в ней варягов была именно что европейской тенденцией. Варяги тогда правили в Европе от Англии до Сицилии.
Но, став частью Орды, перестав быть Киевской и превратившись в Московскую, Русь перестала быть и Европой. Собственно, не киевскую, а ордынскую преемственность Московии-Русского царства-Российской Империи фиксировали очень многие и очень разные исследователи от Маркса до Гумилева. И европейская альтернатива развития страны московитскими владыками, правившими от имени Орды и по ордынским правилам, уничтожалась безжалостно. Сначала в Новгороде, потом и в Киеве, в значительной степени в Варшаве, кое-что даже в Хельсинки успели.
Собственно расширение российских владений в Европе всегда приносило на присоединенные территории ордынские законы и уменьшение свободы. На бывшие земли бывшей Речи Посполитой для крестьян пришло крепостное право, для евреев — черта оседлости, для украинцев и белорусов — русификация. Фактически можно утверждать, что Россия в ХVIII-ХIX веках продолжила движение на запад, начатое Батыем полутысячелетием раньше, причем уже тогда в состав орды входили значительные русские контингенты. И так же, как сама Русь, захваченная кочевниками, была побеждена племенами, стоявшими на более низкой ступени политического, экономического и культурного развития, так и Россия превращала в свои колонии земли, населенные более цивилизованными народами, и в отличие от европейских колониальных держав не мучилась противоречием бремени белого человека и культуртрегерства, а силой опускала их до своего уровня. То же самое было и в веке ХХ, когда вновь присоединив страны Балтии и восточную Польшу, сталинская орда ввела колхозы (фактически вновь крепостное право), репрессии, райкомы и все прочие прелести ГУЛАГа. Что же мы видим в 2014-м, уже в ХХI веке
Пока в Украине существовала надежда на победу Януковича или, тем более, когда Янукович стал президентом, установив мало отличимый от путинского режим, все было спокойно. Но в тот момент, когда стало ясно, что Украина, подобно советским артистам балета, выбрала свободу, Орда ИванаIVбросилась на землю Новгородскую, обозвав ее Новороссией. Какая Ганза? Какой ЕС? Стоять! Бояться! Того, кто получил ярлык на правление в Орде, местные холопы трогать не смеют! И если Тохтамыш после изгнания из восставшей Москвы в 1382 году своего вассала Дмитрия Донского эту Москву сжег, то что, Путин хуже какого-то Тохтамыша и не сможет наказать Украину? Заодно вернув ее в ордынское состояние?
При этом заметную роль в очередном походе на запад играет очередная Дикая дивизия — вчерашние воины ислама, сражавшиеся за исламское государство Имарат Кавказ. Понятно, что стимулов у них много, но, видимо, можно утверждать, что путинское государство уже не вызывает у них идиосинкразии, воспринимается ими если не как вполне шариатское, то с точки зрения шариата не просто как приемлемое, но как достойное того, чтобы за него убивать и умирать.
Одновременно трудно отличимые по многим признакам от кадыровцев боевики ХАМАСа воюют с Израилем, пытаясь на другом участке фронтира добиться победы варварства над цивилизацией. И те, и другие воины аллаха вооружены российскими ракетами и автоматами. Я совсем не люблю конспирологию и не думаю, что Путин договорился с каким-то единым исламским центром против Запада и Израиля. Просто в борьбе против них его режиму исламские террористы имманентно близки, являются его естественными союзниками. Даже фразеология, обращенная и к Украине, и к Израилю, у Путина и его вольных и невольных пособников одна и та же — призывы к сдержанности, к прекращению огня, к созданию контактных групп. Как будто украинцы и израильтяне начали открывать огонь исключительно в силу несдержанности, природной вспыльчивости, горячности, свойственной их национальным темпераментам.
В действительности же способность Украины и Израиля противостоять агрессии — это вопрос если не выживания цивилизации, то, как минимум, сохранения ее в существующих границах. В 2008-м российские части, вторгшиеся Грузию, тоже, кстати говоря, состоявшие в значительной части из кадыровцев, наступали не просто на Гори, они атаковали европейский выбор грузинского народа. Сейчас они и их хамасовские союзники хотят вернуть границу Орды к Карпатам, а Ирусалим вновь сделать провинциальным городом халифата.
Я начал писать эту колонку до кончины В.И.Новодворской, и сегодня ее слова звучат почти как завещание: «Израиль — это зерно западных ценностей… израильтяне…на стороне тех, кто хочет свободно жить и развиваться в рамках западной цивилизации». Именно этот выбор ненавистен боевикам хоть из сектора Газа, хоть из страны газа, правитель которой возомнил ее великой энергетической державой.
Кто-то считает, что это — бои на окраинах цивилизации, на дальних границах иудео-христианского мира. Но нельзя не помнить, что останавливаются орды только тогда, когда не могут продолжать наступление, а отступают еще тяжелее, и Гранада была освобождена только через почти 800 лет после битвы при Пуатье, а Иерусалим — через 1200. И если варваров не остановить сейчас, их придется останавливать потом, но большей кровью, а возвращать утраченное — еще большей. Речь идет не о мелких окраинных конфликтах, а о наступлении варварства на цивилизацию. Майниля и Гливице тоже были маленькими и находились очень далеко от Лондона и Парижа. И даже в 1940-м многие не хотели умирать за Данциг. Но были и те, кто понимал все правильно. Самый знаменитый из них еще в 1938-м предупреждал, что тот, кто выбирает позор, получит и позор, и войну. Тогдашние правители его не слушали. Когда Черчилль сам пришел к власти, он сказал то, что сегодня могли бы повторить лидеры Украины и Израиля, обращаясь к своим народам: «Мы будем сражаться на земле, на море и в воздухе. Мы никогда не сдадимся».
Главам же гораздо более благополучных и гораздо более сильных стран следует помнить, что в результате последовательного предательства Австрии, Чехословакии, Польши и сдачи Франции тот же Черчилль вынужден был констатировать, что «сегодня мы одни сражаемся за будущее всего мира», и грустно закончил: «И мы должны быть достойны этой чести». Британцы оказались вынуждены стать достойными этой чести, потому что до этого аплодировали Чемберлену. И лишь потом услышали Черчилля. Даже де Голль дисциплинированно подчинялся Даладье и Петэну, пока не отказался признать капитуляцию перед Гитлером и не улетел в Англию. В 1968-м в Чехословакии все знали, что одни идут в Гусаки, а другие — в Гавелы. И сегодня каждый европеец хоть в какой-то степени делает для себя выбор, участвовать или не участвовать в противостоянии варварству. По последним социологическим данным, в России готовых участвовать — не более 15%. Это мало, но не безнадежно. При правильной и системной активности этого может хватить, чтобы сохранить культуру и самим перестать быть ордой, иначе на этот раз вместе с ордой падет не Казань, а Москва. Потому что ведь только культура вечна, Орда вечной не бывает…
.JPG)
